Blitzstrahl
Мертвое сонное солнце медленно поднималось из-за горизонта, холодный ветер носил по асфальту жухлую листву. Я сидел в машине и ждал, когда проснется Саске. Сам я нисколько не спал, потому что всю ночь был за рулем. Мы ездили на могилу Итачи. Я его видел всего пару раз, и то - мельком. Но почему-то и этого хватило, чтобы понять, что что-то с ним не то. Не зря Саске никогда не приглашал меня к себе домой, когда был жив его брат. После смерти Итачи, я впервые был у Саске дома и тогда я даже остался у него ночевать.
Я нетерпеливо постучал по рулю. Мы уже как полчаса приехали, но Саске все равно спал, а будить его мне не хотелось. Было что-то странное в том, что сейчас происходило.
За стеклом бушевал ветер, и первые грязные лучи по-осеннему блеклого солнца уже скользили по городским крышам. Саске спал в моей машине. И ни души не было вокруг. Настал тот самый час, когда даже люди, страдающие бессонницей, заснули.
Печка работала на всю мощь, но Саске все равно время от времени ежился и ворочался...
Я не знаю, бывали ли у него хорошие сны с тех пор, как умер его брат, но мне он теперь всегда казался усталым и невыспавшимся. Наверное, именно поэтому я его не разбудил сразу, как мы приехали.

Светало чересчур медленно, и я завараженно наблюдал, как полупрозрачные тени растут и расползаются по асфальту. Больше заняться было нечем. Изредка я бросал короткие взгляды на Учиху, но тут же отворачивался. Выглядел он, откровенно говоря, неважно.
Я никогда не спрашивал у Саске, почему умер Итачи. Как-то раз я завел разговор об этом. Начал издалека. Но почти сразу же почувствовал на себе укоризненный взгляд. С тех пор я зарекся: больше об Итачи ни слова.
И все же - кое-что я мог понять сам.
В день похорон глаза Саске оставались сухими. Тот, кто не знал его, мог решить, что он не умеет чувствовать. Но он никогда не был бездушным.
По тому, как тряслись его руки, я понимал, что еще немного и он не выдержит. Вот поэтому я был рядом, готовый помочь в любой момент.
Помню, что, когда стали опускать гроб в могилу, Саске растерянно обернулся на меня, и я шепнул: "Я здесь". Тогда он сделал вид, что не услышал меня, но было видно, что ему стало легче.
Я был не против. Все равно мы оба знаем, что я ему нужен. Даже если он никогда не говорит об этом.

Солнце тусклыми брызгами расплескалось в воздухе. Яростный ветер стучал в стекла машины. Я смотрел, как цифры сменяют друг друга на электронных часах. Время текло медленно.
Сегодня оно никуда не спешило.
Не надо торопиться.
Саске всегда торопился домой. Он не объяснял, почему так. Он, вообще, мало говорил, предпочитая умалчивать обо всем, что с ним происходило. Наверно, из-за этого, он так и не смог завести друзей в университете. Он приходил и уходил, лишь изредка перебрасываясь с кем-нибудь парой слов. И то - только по делу.
За все время, что я его знаю - а это со школы - у него не было ни одного друга, кроме меня. И все же, несмотря на это, Саске так и не смог мне открыться. Нет, я знал его больше, чем кто бы то ни было еще, но этого было недостаточно.
Мне кажется, все дело в Итачи. Наверно, нехорошо так думать, но я считаю, что с его смертью, Саске стал свободнее. Не знаю точно, в чем это проявляется, но я просто это чувствую. Тут даже сомневаться не приходиться.
Интересно, что бы сказал на это сам Саске.
А тем временем, пока я размышлял, холодное солнце уже выбралось из-за горизонта и пронизало белыми нитями грязное серое небо. Становилось как-то пасмурно. Светло было еле-еле, и настоящее утро никак не приходило. Наверно, Саске чувствовал это сквозь сон - вот и не просыпался.
Но я и не возражал. Спать, удивительное дело, не хотелось. Я откинулся назад и посмотрел в потолок. Саске рядом как-то особенно шумно выдохнул, и я вновь подумал о том, что же ему может сниться...
Может показаться, что дружба с таким человеком, как Саске, должна тяготить, но, на самом деле, это не так. Надо просто привыкнуть. Он такой, какой есть, и будь он другим... Нет, я бы не хотел, чтобы он был другим.
Мне нравится, как он отчаянно пытается казаться сильнее, чем есть на самом деле. И я не спорю, что в чьих-то глазах он именно такой, но не в моих. Для меня он навсегда останется тем, кого я должен защищать. С кем я должен быть рядом...

Мои мысли прервал жуткий грохот. Я огляделся, но вокруг по-прежнему никого не было. Ни людей, ни машин.
И тут по крыше застучал дождь. Сверкнула молния, царапая небо. Она на мгновение озарила все чистым светом, покрыла слепящей глаза белизной безликое, скучное утро и оставила после себя неприятное чувство быстротечности всего вообще. Сиюминутное наваждение схлынуло сразу, как только я услышал сонный голос Саске.
- Наруто?
- Наконец-то ты проснулся!
Он посмотрел в окно. По стеклу ползли тяжелые крупные капли, скрывая и искажая картину снаружи.
- Мы давно приехали? - бесцветным голосом спросил он.
- Давно.
Одну минуту или несколько - я не следил - мы провели в тишине. Я уже хотел что-нибудь сказать, но Саске опередил меня.
- Я пойду.
- Ладно. Звони, если что.
Честно говоря, я думал, что он пригласит меня к себе, но это ничего. Я привык.